второй курьер оказался посредственным, пора генерировать третьего курьера

Сэм Бриджес устало откинулся на спинку кресла в своем убежище, наблюдая, как на экране загрузки мелькают цифры. Очередная доставка пиццы для… кого-то. Его мозг, привыкший к бесконечным километрам под дождем и схваткам с Тварями, с трудом переваривал абсурдность ситуации. Заказ пришел с одного из самых удаленных терминалов, и запрос был весьма специфичен: «Пицца ‘Гавайская’ на толстом тесте, без ананасов, с дополнительным сыром, доставлено лично мне, Хиггсу. Срочно».

— Хиггс, черт бы тебя побрал, — пробормотал Сэм, потирая виски. — Опять ты за своё.

Он поднялся, натягивая перчатки. Снаружи бушевал Таймфолл, но внутри убежища было тихо и тепло. Внезапно, мониторы замигали, а система оповещения издала пронзительный визг.

— Что за… — Сэм схватился за Бойцовское ружье, оглядываясь.

На платформе телепортации, окутанный тусклым светом, материализовался силуэт. Не человек. Не Тварь. Нечто, отдаленно напоминающее гуманоидную фигуру, сложенную из черной, блестящей смолы. Глаза существа горели тусклым оранжевым светом, а из спины торчали острые, угловатые отростки.

— Ну, привет, Бриджес, — прозвучал голос, искаженный, будто доносящийся из-под толщи воды, но безошибочно узнаваемый. — Не ожидал?

Сэм опустил ружье, его челюсть отвисла. Перед ним стоял меха-Хиггс, или то, что от него осталось. Смоляное тело мерцало, слегка потрескивая.

— Хиггс? Какого черта ты тут делаешь? И что ты… что ты такое?! — Сэм указал на него дрожащим пальцем.

— Долгая история, Сэмми. Очень долгая. Скажем так, у меня было много свободного времени. 114 тысяч лет, если быть точным. И знаешь что? Я соскучился по хорошей пицце.

Меха-Хиггс двинулся к столу, его смоляные конечности двигались неестественно плавно. Сэм непроизвольно отступил на шаг. Это же Хиггс, но… не Хиггс. Он жуткий.

— Зачем ты сюда приперся? У тебя же вроде было… своё изолированное убежище. Слишком далеко, чтобы тебе было скучно.

Хиггс повернул голову, и оранжевые глаза уставились на Сэма.

— Изоляция, Бриджес, это одно, а 114 тысяч лет изоляции, когда твое единственное развлечение — это наблюдать, как распадаются атомы, — это совершенно другое. Я устал от бесконечного бытия. Я захотел пиццы. И чтобы ты ее доставил.

Сэм, медленно приходя в себя, поставил коробку с пиццей на стол. Хиггс, который теперь возвышался над ним на полголовы, склонился над коробкой, его смоляные пальцы с неестественной точностью приподняли крышку. Запах свежей пиццы наполнил убежище.

— Вот это я понимаю, сервис, — прошипел Хиггс, и в его голосе проскочила нотка, которую Сэм мог бы принять за… удовольствие? — ‘Гавайская’ без ананасов, как я и заказывал. Ты не разочаровал, Бриджес.

На самом деле, Сэм был уверен, что это была обычная пепперони, но решил не спорить. С этим существом спорить было себе дороже. Он сел напротив, наблюдая, как Хиггс отламывает кусок пиццы. Смоляные губы приоткрылись, и кусок исчез. Ни единой крошки.

— Так ты теперь… меха? — спросил Сэм, не выдержав. — И ты можешь есть?

Хиггс проглотил, затем повернул голову.

— Я могу делать многое, Бриджес. Мое новое тело — это… чудо инженерной мысли. И бесконечное терпение. Я поглощаю материю, а не ем ее в вашем, примитивном смысле. Но вкус… я ощущаю вкус. Это, знаешь ли, единственное, что связывает меня с той жизнью.

Сэм покачал головой. Это просто какой-то кошмар.

Они сидели в тишине, нарушаемой только поглощением пиццы Хиггсом. Сэм взял один кусок, затем второй. Он был голоден, но присутствие смоляного существа рядом отбивало аппетит.

— Знаешь, Сэмми, — начал Хиггс, отламывая очередной кусок, — это было… познавательно. Наблюдать за тобой. За вашей планетой. Как вы неустанно пытаетесь разрушить то, что я когда-то пытался спасти.

— Ты пытался спасти? Ты устроил Великий Разрыв! — возмутился Сэм.

— Я пытался ускорить эволюцию, Бриджес. Вы слишком медлительны, слишком… примитивны. А теперь, когда я увидел, как вы пытаетесь связать все это снова… это вызывает интерес. И знаешь, Сэмми, есть что-то завораживающее в твоей бесконечной, наивной упрямости.

Сэм перестал жевать. Это что, комплимент? От Хиггса? Он снова посмотрел на коробку с пиццей. Остался один, последний кусок.

Сэм и Хиггс одновременно потянулись к последнему куску пиццы. Их руки, одна человеческая, другая смоляная, столкнулись над коробкой. Глаза Сэма сузились, оранжевые глаза Хиггса вспыхнули ярче.

— Мой кусок, — прошипел Хиггс.

— Заказ мой, убежище мое, так что и кусок мой, — возразил Сэм, пытаясь оттолкнуть смоляную руку.

Началась тихая, но напряженная борьба за последний кусок пиццы. Стол заскрипел. Хиггс, казалось, даже не прилагал усилий, но его смоляная хватка была невероятно сильной. Сэм пыхтел, осознавая всю абсурдность ситуации. Он, спаситель мира, сражается за кусок пиццы со смоляным зомби-террористом.

Внезапно, Хиггс резко отдернул руку. Сэм, не ожидая этого, потерял равновесие и чуть не свалился со стула. Хиггс смотрел на него, и в глубине его оранжевых глаз мелькнуло… что-то, что Сэм не смог расшифровать.

— Ладно, Бриджес, — произнес Хиггс, его голос звучал чуть менее искаженно, чем обычно. — Тебе он, видимо, нужнее. Ты ведь живой, тебе нужны эти… питательные вещества.

Сэм, ошеломленный уступчивостью Хиггса, медленно взял последний кусок. Он посмотрел на смоляную фигуру, которая теперь выглядела… почти задумчиво.

— Эм… спасибо, — выдавил Сэм.

— Не благодари, — прошептал Хиггс, и вдруг, прежде чем Сэм успел отреагировать, смоляные руки обхватили его.

Это было… странное объятие. Холодное, но при этом с ощущением давления, будто тебя стискивают гигантские провода. Смола пахла чем-то, похожим на озон и легкий привкус пепла. Сэм замер, не зная, что делать.

— Знаешь, Бриджес, — голос Хиггса теперь звучал почти нормально, с оттенком... печали? — 114 тысяч лет без прикосновений. Без тепла. Без чего-либо. Даже пицца не может это заменить. Ты… ты не представляешь моей изоляции.

Сэм, медленно, очень медленно, поднял свои руки и неуклюже обнял смоляное тело в ответ. Он почувствовал странное, покалывающее ощущение. Он… он просто одинок.

— Я… я понимаю, — прошептал Сэм. — Не 114 тысяч лет, но… я понимаю.

Хиггс чуть ослабил хватку.

— Возможно. Возможно, ты действительно что-то понимаешь. Что ж, Бриджес. Это было… познавательно. И, что самое удивительное, не так уж и плохо. Но я все еще ненавижу тебя за то, что ты такой далбаеб.

Сэм фыркнул, и это прозвучало не как возмущение, а как что-то вроде… понимания.

— И я тебя.

Хиггс отстранился, его смоляное тело начало мерцать.

— Еще увидимся, Сэмми. Следующий раз заказываю с доставкой на дом, и чтобы пицца была экзотическая. Например, с жареными Тварями.

Прежде чем Сэм успел что-либо ответить, меха-Хиггс исчез так же внезапно, как и появился, оставив после себя лишь легкий запах озона и пустую коробку из-под пиццы. Сэм остался стоять посреди убежища, все еще ощущая фантомное прикосновение смоляных рук. Ну и денек…