Самый лучший день

Вечерняя духота обволакивала кампус Южного Парка, когда Крэйг Такер неторопливо шагал к общежитию. В наушниках играл привычный инди-рок, заглушая суету последнего учебного дня. Он только что сдал зачёт по высшей математике, и впереди маячили целые выходные без книг и лекций. Идеально, — подумал Крэйг, предвкушая спокойный вечер с видеоиграми.

Его планы нарушил громкий, надрывный голос, доносящийся из-за студенческой столовой.

— Да что с вами не так?! Неужели так сложно?! — кричал кто-то.

Крэйг вынул наушник. Он узнал этот голос. Стэн Марш. Опять, — пронеслось в голове у Такера. С самого первого класса они были как огонь и вода. Дрались, ругались, мерялись силами, пока Крэйг не вымахал выше Стэна на голову, и их потасовки не превратились бы в избиение младенцев. Сейчас им обоим по двадцать, и хотя Стэн по-прежнему был буйным и общительным, а Крэйг — тихим и закрытым, какая-то странная связь между ними сохранялась. Никто бы не назвал их друзьями, но они, казалось, всегда оказывались в орбите друг друга.

— Что здесь происходит? — спокойно спросил Крэйг, подойдя ближе.

Стэн стоял посреди небольшой группы студентов, его лицо было пунцовым от злости. Он размахивал руками, волосы растрепались, а голубые глаза метали молнии.

— А, Такер! — Стэн резко обернулся. — Как раз вовремя. Расскажи им, насколько тупыми могут быть люди!

— Я не вижу здесь тупых людей, — Крэйг обвёл взглядом напряжённых студентов.

— Да?! А вот смотри! — Стэн схватил со стола рекламный флаер, скомкал его и швырнул на землю. — Мой рисунок! Моя работа! И они опять забыли!

Крэйг поднял смятую бумажку. На ней был анонс ежегодного университетского конкурса по рисованию. Стэн всегда мечтал стать художником, и его работы были действительно талантливы.

— Забыли вписать тебя в список участников? — уточнил Крэйг, уже догадываясь.

— Именно! Девять лет подряд! С первого класса! — голос Стэна сорвался на крик. — Девять гребаных лет! А родителям вообще плевать! Они даже не вспомнили!

«Вот оно что», — понял Крэйг. Он знал, что родители Стэна иногда бывали чересчур… заняты. Особенно, когда дело касалось их сына. Злоба Стэна была не на этих несчастных студентов, а на гораздо более глубокие вещи. Крэйг ощутил лёгкое покалывание в груди. Он не любил, когда Стэну было плохо.

— Стэн, успокойся, — сказал Крэйг ровным голосом.

— Успокоиться?! Как я могу успокоиться?! — Стэн начал ходить из стороны в сторону, его тело буквально тряслось. — Они всегда так! Всегда! Зачем я вообще стараюсь?

Студенты тихо разошлись, оставив их вдвоём. Крэйг наблюдал за мечущимся Стэном. Он выглядел как маленький, раненый зверёк, который рычит и кусается, пытаясь защититься от невидимой угрозы. Нужно что-то делать, — подумал Крэйг.

Крэйг медленно подошел к Стэну, который, казалось, не замечал ничего вокруг.

— Стэн, посмотри на меня, — попросил он.

Марш резко остановился, его глаза были полны слёз и злости.

— Что?! Хочешь посмеяться? Или сказать, что я веду себя как ребёнок? Ну, давай, вали, Такер! Вали всё!

— Я не собираюсь смеяться, — ответил Крэйг, его голос звучал мягче, чем обычно. — И ты не ведёшь себя как ребёнок. Ты расстроен.

Стэн фыркнул, отворачиваясь.

— Да какая тебе разница? Тебе всегда было наплевать.

— Это неправда, — возразил Крэйг. Он сделал ещё один шаг. — Ты важен для меня.

Эти слова прозвучали даже для него самого неожиданно. Крэйг никогда не говорил такого прямо, особенно Стэну. Стэн замер, его плечиздёрнулись, а затем он медленно повернулся. В его глазах читалось недоверие, смешанное с чем-то похожим на... надежду?

— Что ты… что ты несёшь, Такер? — Стэн отступил на шаг. — Не надо мне врать.

— Я не вру.

Крэйг протянул руку, жестом предлагая обнять. Это было рискованно. Стэн никогда не был любителем объятий, особенно от него. Но сейчас Крэйг чувствовал, что это необходимо.

— Иди сюда, — сказал он, его голос был почти неслышным.

Стэн смотрел на протянутую руку, как на что-то обжигающее. Его лицо снова исказилось, теперь уже не от злости, а от какой-то внутренней борьбы. Он, казалось, хотел рвануть прочь, но что-то его удерживало.

— Нет, — наконец выдавил он, отступая ещё дальше. — Не надо. Я… я не хочу.

Разочарование кольнуло Крэйга. Он ожидал такой реакции, но всё равно было неприятно. Стэн был почти как дикий котёнок — ему нужна помощь, но он не подпускает к себе.

— Хорошо, — Крэйг опустил руку. — Тогда хотя бы поговорим. Что случилось с твоими родителями? Они же знали про конкурс.

Стэн опустил голову, его взгляд был прикован к своим ботинкам.

— Они… они сказали, что у них важная встреча. И что я уже большой мальчик, могу сам со всем разобраться. Как будто это в первый раз. — Тихий всхлип вырвался из его груди. — Рэнди и Шерон всегда ставят свои дела выше моих. Всегда.

Крэйг почувствовал, как внутри него поднимается волна раздражения на родителей Стэна. Он знал, что они любят своего сына, но их беспечность порой зашкаливала.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, — мягко сказал Крэйг. — Это несправедливо. Твои работы достойны внимания.

Стэн поднял голову, его глаза были влажными.

— Ты так думаешь?

— Я знаю. Ты очень талантлив, Марш. Всегда был.

Эти слова, кажется, пробили тонкий лёд, сковывавший Стэна. Он посмотрел на Крэйга с какой-то отчаянной надеждой, и в этот момент Крэйг поймал себя на мысли, что готов пойти на всё, лишь бы увидеть искреннюю улыбку на лице Стэна.

Стэн медленно подошел к Крэйгу, его сопротивление, казалось, испарилось. Он всё ещё выглядел таким же уязвимым, но взгляд стал мягче.

— Правда? — тихо спросил он.

— Правда.

Крэйг снова протянул руку, на этот раз не предлагая объятие, а просто опустив её на плечо Стэна. Стэн вздрогнул, но не отстранился. Крэйг осторожно сжал его плечо, чувствуя, как под тканью футболки дрожит тело Стэна.

— Они не имеют права так поступать, — голос Крэйга был низким и ровным. — Ты заслуживаешь лучшего.

Послышался ещё один всхлип, и на этот раз Стэн не сдержался. Он уткнулся лицом в плечо Крэйга, и его тело затряслось от беззвучных рыданий. Крэйг тут же обнял его, крепко прижимая к себе. За эти годы они ни разу не обнимались. Никогда. Это был совершенно новый опыт для них обоих.

Запах Стэна — смесь травы, краски и чего-то очень знакомого, родного, — наполнил лёгкие Крэйга. Он чувствовал, как Стэн впивается пальцами в его футболку, как будто боясь, что Крэйг исчезнет.

— Всё хорошо, Стэн, — прошептал Крэйг, нежно поглаживая его по голове. — Я здесь.

Стэн продолжал плакать, его рыдания постепенно стихали, превращаясь в тихие всхлипы. Он уткнулся глубже в плечо Крэйга, его горячее дыхание обжигало кожу. Крэйг стоял, крепко обнимая его, чувствуя, как сердце Стэна бьётся о его грудь. Он так давно нуждался в этом, — понял Крэйг.

Наконец, Стэн отстранился. Его лицо было опухшим и красным, но в глазах уже не было прежней злобы. Он выглядел таким уставшим и измученным.

— Спасибо, Такер, — пробормотал он, шмыгая носом.

Крэйг молчал, просто держа его за плечи, глядя в его глаза.

— Пойдём. — Крэйг взял Стэна за руку. — Я провожу тебя до общежития. И мы закажем твою любимую пиццу. С ананасами.

Стэн удивленно поднял бровь.

— Ты же ненавидишь ананасы на пицце.

— Сегодня особенный день, — ответил Крэйг, слегка улыбнувшись.

На самом деле, Крэйг не ненавидел ананасы. Он просто предпочитал другие начинки. Но сегодня он был готов на всё, лишь бы увидеть улыбку Стэна. И, кажется, у него получилось. Очень слабая, но всё же улыбка тронула губы Стэна.

— Хорошо, — сказал Стэн. Он сжал руку Крэйга в ответ. — Только, пожалуйста, не рассказывай никому, что я плакал.

— Это останется между нами, Марш, — пообещал Крэйг, и они вместе пошли по дорожке, прочь от столовой, в тишину опускающегося вечера. И впервые за долгое время Стэн почувствовал себя не таким одиноким.