Всё пошло не так

— Петя, ну ты серьёзно? «Нас не догонят»? Это Олимпиада, а не школьный утренник! — голос тренера звенел сталью, отскакивая от стен раздевалки.

Пётр Гуменник стоял, опустив голову. Легко тебе говорить, Людмила Павловна. Ты не видела её.

— Я знаю, тренер. Но… это важно. Для меня.

Людмила Павловна тяжело вздохнула. Её лицо, обычно строгое и сосредоточенное, на мгновение смягчилось. Она знала, что последние три года были адом для её подопечного. Исчезновение Таи сломало что-то внутри него, и только лёд, только тренировки держали его на плаву. А тут ещё эта Олимпиада под нейтральным флагом, давление со всех сторон.

— Хорошо. Но если ты провалишься… — она не договорила, только покачала головой и вышла, оставив его наедине с холодной тишиной.

Пётр подошёл к зеркалу. Усталое лицо, тёмные круги под глазами. Всю ночь ему снилась Тая. Она сидела на парапете старого моста, смеялась своим заливистым смехом, и из её ладоней вырывались маленькие язычки пламени. Он протягивал к ней руку, но она растворялась, как утренний туман, оставляя после себя только знакомую мелодию. «Нас не догонят». Её любимая песня.

Выход на лёд. Оглушительный рёв трибун. Сотни глаз, миллионы ожиданий. Пётр глубоко вдохнул ледяной воздух арены. Все мысли прочь. Только лёд, только музыка. Звучат первые аккорды, знакомые до дрожи. Внутри всё сжимается. Это не просто программа, это крик души.

Его тело начинает двигаться само собой, сливаясь с музыкой. Первый четверной тулуп — идеально. Второй четверной сальхов — чисто. Он чувствует каждую грань лезвия, каждый изгиб тела. Боль, тоска, отчаяние — всё выливается в движения, в каждый поворот, каждый прыжок. Он не просто катается, он проживает эти три минуты. Пять четверных прыжков, один за другим, словно выстрелы из пистолета.

На последней ноте он падает на колени, вытянув руки вперёд. Зал взрывается аплодисментами. Он поднимает голову. И вдруг, среди мелькающих лиц на трибунах, его взгляд цепляется за одно. Тая. Она сидит в первом ряду, улыбается ему своей озорной улыбкой и хлопает. Он моргает. Нет никого. Просто показалось. Неужели я совсем свихнулся?

Илья Малинин сидел в «кисс-энд-край», пытаясь дышать ровно. Его мозг отказывался воспринимать происходящее. Восьмое место. Восьмое, чёрт возьми! После всех этих ожиданий, после всех этих интервью, после всего этого давления. Он опускает голову, пряча лицо в ладонях.

— Илюха, ну что ты? Бывает, — тренер похлопал его по плечу, но слова звучали пусто.

Бывает? Это, блин, Олимпиада! Он слышал, как обсуждали выступление Пети. Пять четверных. Чисто. Но ему поставили шесть. Несправедливость, такая явная, такая наглая. Но сейчас это уже не имело значения. Никто не обсуждал его. Потому что он провалился.

Он шёл по пустым коридорам арены. Спина болела, колени дрожали. Семь четверных. С пяти он упал. Пять! Какой позор. Какое унижение. Камеры, вечно преследующие его, сегодня словно испарились. Никто не хотел снимать неудачника. Он чувствовал себя пустым, выжатым лимоном.

Илья опускается на пол, прислонившись спиной к холодной стене. Закрывает глаза. Ему так хочется, чтобы это всё оказалось дурным сном. Чтобы он проснулся в своей постели и это был обычный тренировочный день. Но нет, реальность била по голове стальным молотом.

Чьи-то шаги. Илья не поднимает головы. Ему всё равно.

— Илья?

Он узнаёт голос. Русский акцент, не такой сильный, как у родителей, но всё же. Это был Пётр Гуменник.

— Угу.

Пётр опускается рядом. Молчит. Просто сидит, не пытаясь утешать банальными фразами. Это было лучше любого сочувствия.

— Я… я всё запорол. All of it, you know? — Илья наконец поднимает голову. Его глаза красные.

— Да, знаю. I know that feeling. — Петя кивает. — Хочешь, пойдём ко мне? У меня есть водка. Ну, или чай.

Илья усмехается сквозь слёзы.

— Водка звучит лучше.

Они сидят в номере Пети, глядя в окно на огни Милана. Разговаривают. О фигурном катании, о давлении, о том, как несправедливо бывает. Илья рассказывает о своих родителях, о том, как они жертвовали всем ради его мечты. Пётр делится своей болью о Тае. Они говорят до самого утра, и впервые за долгое время Илья чувствует себя не таким одиноким.

Илья просыпается, но не в своей постели. Он на диване в номере Пети. Солнце уже высоко. Голова немного болит. Но на душе… какая-то лёгкость. Ему снилась Тая. Та самая Тая, о которой рассказывал Петя. Она сидела на поляне, окруженная светлячками, и её волосы струились, словно жидкое золото. Она говорила с ним, поддерживала, улыбалась. Это был просто сон, right? Удивительно, как сильно сон может успокоить.

Этот сон повторялся. Каждую ночь на протяжении месяца. Тая приходила, появлялась в его снах, говорила с ним о жизни, о звёздах, о том, что всё будет хорошо. Её голос был чистым, как ручей, а её взгляд излучал силу. Илья не рассказывал Пете об этом. Боялся, что тот посчитает его сумасшедшим или решит, что он издевается над его горем.

Месяц спустя. Весь мир гудит от новостей. Тая Алькхова, пропавшая без вести три года назад, найдена живой и невредимой. Её обнаружили в старом заброшенном доме на окраине города. Её история казалась невероятной. Волшебный мир, феи, война. Но она говорила так искренне, что даже самые прожженные скептики начали верить.

Пётр летит в Россию первым же рейсом. Он не верит своему счастью. Она жива! Он обнимает её, не в силах сдержать слёзы. Тая смеётся, её глаза сияют знакомым огнём. Она рассказывает ему про Бездну, про фей огня, про то, как ей пришлось сражаться за свой мир.

Пётр осторожно спрашивает:

— Тебе снились сны? Со мной?

Тая улыбается.

— Не только с тобой, Петя. Я пыталась помочь тем, кто нуждался в этом. Мне снился один парень… фигурист. Очень талантливый, но такой отчаявшийся.

Илья, увидев новости, немедленно пишет Пете.

Она правда вернулась?

Да!

А… она… она приходила ко мне во сне?

Петя перезванивает.

— Илья, что ты имеешь в виду?

— Тая… она приходила ко мне во сне. Говорила со мной. Поддерживала.

За трубкой повисает молчание. Потом Петя смеётся.

— Она сказала то же самое. Ты не поверишь, что она мне тут рассказывает.

— I believe her. — Илья произносит это твёрдо. — I believe every word.

Так они и стали друзьями. Петя, Тая и Илья. Три человека, чьи жизни спутала судьба, фигурное катание и немного волшебства.