София и тайна небесного шепота

София очнулась от странного, но приятного запаха свежей листвы и влажной земли. Она лежала на мягком мху, а над головой, словно гигантский зонт, раскинуло свои ветви дерево Ирминсуль. Корявые стволы уходили в небо, теряясь в туманной дымке, а листья переливались всеми оттенками изумруда. Где я? Это не похоже на мой парк.

Внезапно из-за кустов раздался низкий, утробный рык. София вскочила. На неё надвигались две скрюченные фигуры с горящими глазами и острыми когтями. Хиличурлы! Сердце бешено заколотилось. Она никогда не видела ничего подобного, разве что в играх.

Когда один из монстров, размахивая дубиной, уже почти настиг её, воздух вокруг задрожал. Голубая вспышка, вихрь ветра, и вот уже он лежит на земле, рассечённый надвое. Второй хиличурл, замешкавшись, получил мощный удар ногой в грудь и отлетел к дереву, где бездыханным рухнул в корни.

Из тени вышел парень. Его фиолетовый наряд казался слишком ярким для этого сумрачного леса, а широкополая шляпа скрывала верхнюю часть лица. В руках он держал катализатор, который светился остаточным Анемо-элементом.

— Еще одна потерянная душа, — глухо произнес он, не глядя на Софию. — Уходи, пока я не передумал тебя защищать.

София, всё ещё дрожа от пережитого ужаса, инстинктивно прижала руку к груди. Слова парня были как ледяной душ. Она не понимала, где находится, что происходит, и почему этот странный незнакомец так груб. Потерянная душа? Может, я умерла? Чтобы успокоиться, она тихонько замурлыкала под нос знакомую мелодию из своей прошлой жизни. Это была колыбельная, которую ей пела мама.

Незнакомец замер. Его голова медленно повернулась в её сторону. Под краем шляпы София разглядела острый взгляд холодных глаз.

— Что это за песня? — спросил он, и в его голосе прозвучало что-то, похожее на... любопытство?

До постоялого двора «Ваншу» добрались к вечеру. Странник, который так и не назвался, шёл впереди, не проронив ни слова. София семенила следом, стараясь не отставать. Мелодия, которую она напела, каким-то образом заставила его не бросить её прямо в лесу, хотя он продолжал делать вид, что её присутствие его раздражает.

Постоялый двор, возвышающийся над болотами, освещал путь маяком. Внутри было шумно и людно. Странник, бросив на Софию короткий взгляд, указал на свободный столик.

— Жди здесь, — буркнул он, прежде чем исчезнуть в толпе.

София села, осматриваясь. Вокруг сновали люди, болтали, смеялись. Внезапно в толпе она заметила фигуру, сидящую в углу, чуть в стороне от других. Молодой человек с зелеными волосами, поникший, с печатью глубокой усталости на лице. От него исходила странная, гнетущая аура. Даже на расстоянии София чувствовала, как его душа изъедена какой-то невыносимой болью. Карма. Это слово просто всплыло в её голове.

Не раздумывая, она поднялась и направилась к нему.

— Вы в порядке? — тихо спросила София, подходя ближе.

Сяо поднял голову. Его золотистые глаза, полные вековой печали, встретились с её взглядом. Он не ответил, лишь слегка нахмурился, словно её присутствие причиняло ему неудобство. Его рука инстинктивно потянулась к ноге, где висел его нефритовый похититель бед. Он был измотан, чувствуя, как тьма внутри него рвёт его на части.

София осторожно коснулась его плеча. Тело адепта напряглось, готовое отпрянуть. Но вместо привычной боли, вместо усиления страданий от чужой кармы, Сяо почувствовал... покой. Тьма, что тысячи лет терзала его, на мгновение отступила, словно растворяясь в мягком касании. Его мышцы расслабились, дыхание выровнялось.

Он изумленно посмотрел на Софию.

— Кто ты такая... — прошептал он, и голос его, обычно такой холодный и отстраненный, наполнился неподдельным изумлением. — ...и почему рядом с тобой демоны молчат?

Странник наблюдал за ней со второго этажа. Он видел, как она подошла к Сяо, как коснулась его плеча. Видел, как изменилось выражение лица адепта, обычно непроницаемое. Что за чертовщина происходит? Эта девушка была загадкой. Её наивность, её необъяснимая способность как-то влиять на других... это раздражало и интриговало одновременно.

Теперь они шли втроём по тракту, ведущему вглубь Ли Юэ. Странник — впереди, София — посередине, а Сяо держался чуть позади, в своей обычной отстраненной манере, но теперь в его взгляде, всякий раз, когда он смотрел на Софию, читалось что-то иное — внимание, почти защита. Им предстояло добраться до Сердца Эрозии, где, по слухам, собирались скопления монстров, порожденных избытком негативной энергии.

Вечером у костра атмосфера была напряженной. Сяо сидел чуть поодаль, в тени, его фигура сливалась с ночным лесом. Странник подошел к Софии, которая пыталась разжечь огонь.

— Не думай, что ты особенная, — произнес он, его голос был холодным, как всегда. — Ты просто удобный инструмент. Твоя способность странным образом действует на этих чудовищ.

София вздрогнула, обернувшись. Она видела его лицо в свете костра. Его глаза были словно два фиолетовых огонька. Инструмент? Неужели я для него всего лишь орудие? Она почувствовала обиду, но что-то в его взгляде, несмотря на резкие слова, казалось... иным. Уязвимым?

Сяо, сидящий на крыше заброшенной лачуги, сжимал свое копье. Его взгляд был прикован к костру. Он слышал каждое слово Странника. Слова были колкие, но он видел, как взгляд бывшего предвестника задерживался на Софии дольше, чем следовало бы.

«Инструмент»... Какая ложь. Сяо чувствовал, что Странник, каким бы циничным ни был, тоже ощутил что-то в её присутствии. Что-то, что могло сломать его вековую броню. Адепт знал, что эта девушка уникальна. И он, Якша, не позволит никому, даже такому загадочному типу, как Странник, причинить ей вред. Он будет ждать. Он всегда ждет.

Земля под ногами Софии задрожала. Трещины расползались по древним камням, а из разломов вырывались клубы ядовитого тумана. Сердце Эрозии билось, словно больное сердце мира, угрожая поглотить всё вокруг. Энергетические всплески были такими мощными, что даже Странник и Сяо, привыкшие к опасностям, с трудом держались на ногах.

— Это слишком много, — прохрипел Сяо, отбивая атаку гигантского Геовишапа своим копьем. — Её сила...

— Способность исцелять кармический долг — это не просто твой лечебный баф! — крикнул Странник, уклоняясь от потока элементальной энергии. — Чтобы остановить это, тебе придется отдать часть себя.

София чувствовала, как её собственная жизненная сила истончается. Она была мостом между мирами, и теперь этот мост был под угрозой разрушения. Она осознавала, что для остановки Эрозии ей придется сделать нечто большее, чем просто спеть колыбельную. Ей нужно было отдать часть своей искры, своего сердца, чтобы исцелить этот мир. Но какую её часть? И чью боль она заберет, связав себя с Тейватом навсегда?

Она посмотрела на Странника. Он стоял, бледный, с растрепанными волосами, но глаза его, полные решимости, были прикованы к ней. В них читалось нечто большее, чем просто расчет или раздражение. У него тоже есть раны, глубокие, старые.

Затем её взгляд переместился на Сяо. Адепт, измученный тысячелетиями страданий, стоял рядом, его лицо было искажено болью, но он не дрогнул. Он был готов пожертвовать собой, чтобы защитить её. Его карма... она огромна.

София сделала глубокий вдох. Выбор был очевиден и невыносим одновременно. Она должна была выбрать не того, кого любит, а того, чья боль была наиболее разрушительной, того, кто больше всего нуждался в исцелении. Её ладонь легла на грудь, туда, где билось её сердце.

— Я... — начала она, но Странник вдруг оказался рядом. Он положил руку ей на плечо, и в его глазах появилось что-то новое, почти трепетное.

— София, — впервые назвал он её по имени. Это было не приказ, а мольба, тихое признание.

Сяо, словно почувствовав её выбор, опустил копье. Он смотрел на неё с горечью, но и с пониманием.

— Я буду ждать тебя, — произнес он, его голос эхом разнесся над бушующим Сердцем Эрозии. — Через тысячи воплощений.