Изумруд и старая бумага (Гарри Поттер)

Свет Люмоса на конце моей палочки едва разгонял мрак Запретной Секции. Старые фолианты, словно призраки забытых знаний, выстроились в ряд, и каждый сулил тайну, к которой так жадно рвалась моя душа. Я потянулась к пыльному, обветшалому переплету на верхней полке, когда чья-то холодная рука внезапно перехватила мое запястье, опуская палочку вниз. Свет погас.

Мое сердце подпрыгнуло к горлу. Я едва не вскрикнула, но чужая ладонь мгновенно, но мягко накрыла мои губы. От незнакомца пахло мятой и дорогим одеколоном. Запах, который я порой улавливала в коридорах Хогвартса, но никогда так близко.

— Тише, Когтевран, — раздался над ухом знакомый протяжный шепот. Драко Малфой.

В тусклом лунном свете, падающем из высокого стрельчатого окна, его глаза казались почти черными, лишь едва уловимые искорки серебра мерцали в их глубине. Мы стояли так близко в узком проходе между стеллажами, что я чувствовала тепло его дыхания на своей щеке. Его присутствие было осязаемым, почти электрическим. Что он здесь делает? И почему он так близко?

— Филч в соседнем коридоре, — едва слышно произнес Драко, убирая руку с моего лица, но не отстраняясь ни на дюйм. Его голос был низким, вкрадчивым, полным скрытой угрозы. — Если ты сейчас пискнешь, мы оба будем чистить котлы до конца года.

Я замерла, с трудом сглатывая. Его взгляд был буравящим, пронзительным, и я вдруг осознала всю серьезность положения. Не только для меня, но и для него. Я видела его усталость, словно вырезанную на аристократичном лице, тонкие синяки под глазами, которые обычно скрывались за маской надменности и превосходства.

Его рука все еще держала мое запястье, но уже не сжимала, а просто обнимала его, будто случайно. Я чувствовала, как пульсирует кровь под его пальцами. Мои легкие горели от напряжения.

— Что ты здесь делаешь, Малфой? — прошептала я, стараясь придать голосу как можно больше уверенности, но он все равно вышел хриплым.

— Тот же вопрос тебе, Когтевран, — ответил он, его губы изогнулись в едва заметной, почти болезненной усмешке. — Или ты настолько сильно стремишься к знаниям, что готова рисковать всем?

Я дернула запястьем, но он держал крепко. Он не отпускал. Его глаза изучали меня в полумраке, и я чувствовала себя пойманной бабочкой, приколотой к старому пергаменту. Он тоже ищет что-то… Но что?

Тишина библиотеки казалась оглушительной после его слов. Каждое наше дыхание, каждое движение шороховало, словно мы были единственными живыми существами в этом храме забытых знаний. Я попыталась сосредоточиться, понять, что происходит.

— Я ищу информацию, — прошептала я, чувствуя, как краснеют мои щеки. — То, чего нет в обычных учебниках.

Драко усмехнулся, но в этой усмешке не было привычного высокомерия, только горечь.

— Конечно. Ты бы, наверное, и душу продала за новый фолиант, не так ли?

— Ты тоже здесь что-то ищешь, — парировала я, глядя ему прямо в глаза. — Иначе бы не рисковал, нарушая правила в разгар ночи.

Его взгляд стал жестче, маска на мгновение вернулась. Он медленно отпустил мое запястье, и я почувствовала странную пустоту, когда его пальцы исчезли.

— Не твое дело, Когтевран, — отрезал он, отступая на шаг и становясь на удивление официальным. — Просто знай, если я тебя здесь найду еще раз, я лично сдам тебя Филчу.

Но его слова звучали неубедительно. В его глазах я видела тень чего-то похожего на отчаяние. Или мне показалось? Он был слишком напряженным, слишком осторожным. Я знала, что он не тот, кто рискует ради приключений.

— Тот фолиант, который ты хотела взять, — он кивнул в сторону полки, где я только что тянулась за книгой. — Там старые записи о ритуалах призыва. Тебя это интересует?

Я моргнула, удивленная его наблюдательностью и знанием содержания книг в Запретной Секции.

— Как ты…

— Неважно, — прервал он меня, его голос снова стал низким. — Просто будь осторожна с тем, что ищешь. Некоторые знания лучше оставить нетронутыми.

Он отвернулся, его высокая фигура растворилась в тенях между стеллажами. Я стояла одна, растерянная, сжимавшая палочку в побелевших костяшках пальцев. Запах мяты и дорогого одеколона еще витал в воздухе. Почему он меня не сдал? И что он имел в виду?

Я долго стояла, прислушиваясь к каждому шороху, но библиотека хранила молчание. Только далекий скрип половиц, возможно, Филч, напоминал о реальности. Мои мысли метались. Драко Малфой. В Запретной Секции. Предупреждающий меня об опасностях. Это было слишком сюрреалистично. Я снова посмотрела на полку, где виднелся тот самый фолиант. Ритуалы призыва…

Сердце колотилось, но любопытство взяло верх над страхом. Я подняла палочку, и слабый свет Люмоса снова осветил пыльный корешок. Я осторожно сняла книгу. Она была тяжелой, переплет из потрескавшейся кожи, листы пожелтели и пахли плесенью. Я открыла ее наугад.

Строки были написаны мелким, витиеватым почерком, полные странных символов и непонятных формул. Я пробежала глазами по тексту, пытаясь ухватить хотя бы суть. «…призыв сущностей из нижних планов…», «…кровь и жертва…», «…безвозвратное искажение души…». Мои руки задрожали, и я чуть не уронила фолиант. Драко был прав. Это было опасно. И не для меня.

— Он ищет это, не так ли? — пронеслась мысль. Он ищет способ что-то призвать или избежать чего-то…

Я закрыла книгу, ее тяжесть вдруг ощутима всей моей сутью. Это было бремя. Я почти физически ощущала его усталость, его одиночество, замаскированное под высокомерие. Он не хотел меня здесь видеть, потому что сам ступал по краю.

Я вернула фолиант на место, стараясь не создавать лишнего шума. Секция погрузилась в тень, как только я убрала палочку. Выходя из библиотеки, я оглянулась. За окнами уже брезжил рассвет, окрашивая небо в бледно-розовые тона. Но мрак Запретной Секции, и тень Драко Малфоя, остались со мной. Я поймала себя на мысли, что мне нужно узнать больше. Не о ритуалах, а о нем.