Перерождение великого мага

Солнечные лучи пробивались сквозь ветви сакуры, рисуя на татами причудливые узоры. Сатору потянулся, наслаждаясь непривычной лёгкостью в теле. Девять лет… целых девять лет прошло с его смерти. Или, как он теперь предпочитал это называть, с его перерождения. Инадзума. Красиво, черт возьми. И эти фиолетовые корни в его серебряных волосах… Забавно, что даже тут боги решили подшутить.

Он поднялся, его подтянутое тело ощущалось так, будто ему снова двадцать. В зеркале отражался тот же озорной взгляд ярких голубых глаз, та же самодовольная ухмылка. Он был силён. Сильнее, чем когда-либо. И Сёгун Райден, местная богиня, с которой он ещё не удосужился познакомиться лично, явно должна быть в курсе, что в её владениях появился новый игрок.

— Ну что ж, Инадзума, — проговорил он, расправляя плечи. — Приготовься к лучшему приключению в своей истории!

Выйдя на улицу, Сатору вдохнул свежий морской воздух, смешанный с ароматом цветущей сакуры. Улицы Наруками были полны жизни: торговцы зазывали покупателей, дети играли в догонялки, а самураи… самураи выглядели уж больно серьёзно. Он улыбнулся. Да, они определённо нуждаются в моей помощи, чтобы расслабиться.

Он прогуливался, присматриваясь к окружающему миру, когда его взгляд зацепился за силуэт на вершине одного из самых высоких зданий. Элегантная фигура, окутанная фиолетовым сиянием. Сёгун Райден. Вот так встреча!

— Ну привет, красавица, — пробормотал он себе под нос, направляясь к храму, где, судя по всему, располагалась её резиденция. — Неужели ты не чувствуешь, что твой мир вот-вот изменится к лучшему?

Ворота храма Сёгуната были внушительными, но для Сатору не представляли никакой преграды. Он просто… прошёл сквозь них, как сквозь воздух. Стражники даже не заметили его. Зачем напрягаться, когда можно использовать Бесконечность?

Он оказался в просторном зале, где в центре стояла Она. Высокая, величественная, с аурой непоколебимой силы. Её глаза цвета аметиста изучали его с холодным любопытством.

— Ты… кто ты такой? — Голос Райден был низким, мелодичным, но при этом пронизанным властью. — И как ты посмел вторгнуться в Тэнсюкаку?

Сатору широко улыбнулся.

— Ну, я Сатору Годжо, — он сделал небольшой поклон, больше похожий на издевательство. — И я здесь, чтобы немного всколыхнуть твоё царство, моя дорогая Сёгун. Или мне стоит называть тебя Баал? Или Эи?

В её глазах вспыхнул гнев. Электрические разряды заплясали вокруг её меча.

— Ты слишком дерзок для простого смертного, — прошипела она. — Я могла бы стереть тебя в порошок одним движением.

— Могла бы, — спокойно ответил Сатору, скрестив руки на груди. — Но не станешь. Не сейчас. Потому что ты чувствуешь это, верно? Эту… искру.

Тишина повисла в воздухе. Райден изучала его, и в её взгляде читалось что-то, что было больше, чем гнев. Любопытство? Возможно. Признание? Вероятно.

— Интересно, — наконец произнесла она, опуская руку от меча. — Ты не похож ни на кого, кого я встречала в этом мире.

— Я и не должен, — подмигнул Сатору. — Я — особенный. И я здесь, чтобы показать тебе мир, который ты никогда не видела. Начнём с ужина? Я ужасно голоден.

Сёгун Райден, к своему собственному удивлению, согласилась на ужин. Да, конечно, с условием, что за ним будет следовать «допрос» и «выяснение обстоятельств вторжения». Но Сатору знал, что это лишь отговорки. Он видел, как она, хоть и скрывала это, была заинтригована.

Их отношения развивались медленно, как цветок сакуры, распускающийся весной. Сначала были долгие беседы о мире, о философии, о силе. Он рассказывал ей о своём прошлом, о своих приключениях в другом мире, а она, внимательно слушая, иногда даже позволяла себе лёгкую улыбку.

— Сатору, я не понимаю, почему ты так легкомысленно относишься к опасности, — сказала она однажды, когда они гуляли по Ли Юэ, изучая местные рынки.

— А зачем к ней серьёзно относиться, когда я могу её просто… отразить? — Он подмигнул стоявшей рядом девушке, продающей уличную еду. Та смущённо хихикнула.

Райден мгновенно оказалась рядом, легонько, но ощутимо ударив его по затылку.

— Ты неисправим, — пробормотала она, но в её голосе слышалась скорее нежность, чем раздражение.

— Ой, ну я же просто общаюсь! Это часть культурного обмена, дорогая.

Они путешествовали по Тейвату, от заснеженных вершин Драконьего Хребта до знойных пустынь Сумеру. Сатору флиртовал с девушками, за что регулярно получал нагоняи от Райден. Но она не злилась по-настоящему. Она видела, что его сердце принадлежит только ей, а его флирт был лишь частью его озорного характера.

Они преодолевали конфликты, сражались вместе с монстрами, участвовали в праздниках и даже помогали обычным людям. Райден, которая когда-то была заперта в своей собственной вечности, теперь познавала мир по-настоящему, благодаря безграничной энергии и жизнелюбию Сатору.

Однажды, стоя на пике горы, откуда открывался вид на залитый закатом Тейват, Сатору обнял её.

— Знаешь, я думаю, моя вторая жизнь началась не так уж и плохо, — прошептал он ей на ухо.

Райден прижалась к нему.

— Возможно, — ответила она, и на её губах играла улыбка. — Возможно, она только начинается.