Я всегда получаю свое

Прохладный вечер медленно опускался на Лондон, окрашивая окна Министерства Магии в багровые тона. Гермиона Грейнджер устало откинулась на спинку стула, потирая виски. Пять лет после Хогвартса пролетели как неделя, закружив ее в водовороте работы в Отделе регулирования магических популяций и контроля над ними. Документы, законы, совещания... иногда ей казалось, что она родилась, чтобы бесконечно сортировать пергаменты.

Тихий стук в дверь заставил ее вздрогнуть.

— Войдите, — произнесла она, поправляя очки.

Дверь отворилась, и на пороге появился высокий мужчина в идеально сшитом черном костюме. Его светлые волосы были аккуратно уложены, а проницательные серые глаза окинули ее кабинет с незаинтересованным видом, словно он осматривал очередную безделушку.

— Малфой? — Гермиона почувствовала, как по спине пробежал холодок. Что ему здесь нужно?

Драко Малфой вошел без приглашения, его шаги были бесшумны. Он остановился напротив ее стола, скрестив руки на груди. От него веяло дорогим парфюмом и неприкрытой уверенностью.

— Грейнджер. Какая неожиданная встреча, — его голос был ровным, но в нем слышались стальные нотки. — Хотя, возможно, для тебя она и неожиданная. Для меня — совсем нет.

Гермиона встала, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.

— Если ты пришел, чтобы поиздеваться над моим выбором карьеры, то ты опоздал лет на пять. Я занята.

Его губы тронула легкая, почти незаметная усмешка.

— Напротив, Грейнджер. Я пришел по делу. И это дело касается лично тебя.

Гермиона нахмурилась. Рон обычно приходил в это время, чтобы забрать ее на ужин. Надеюсь, он не заметит Малфоя.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. У нас нет никаких общих дел, — отрезала она, пытаясь сохранить спокойствие.

Драко медленно обошел стол, останавливаясь прямо перед ней. Его взгляд скользнул по ее лицу, задержавшись на губах.

— Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Я всегда получаю свое, Гермиона. Всегда. И я обещал тебе кое-что еще в школе, помнишь?

Она вспомнила. Слишком хорошо. Его едкие слова, брошенные после очередной перепалки в коридоре Хогвартса. «Ты будешь моей, Грейнджер. Рано или поздно». Тогда она лишь фыркнула, но сейчас от этих слов по ее телу пробежали мурашки.

— Это были детские угрозы, Малфой. Мы выросли.

— А ты думаешь, я бросаю слова на ветер? — Он сделал шаг ближе, и Гермиона почувствовала легкий запах его одеколона. — Я построил целую империю за эти годы, Гермиона. И все это время я не забывал о своем обещании.

Сердце Гермионы бешено забилось. Она чувствовала себя пойманной в ловушку. Этот взгляд, эта надменная уверенность — всё было таким же, как и в школьные годы, но стало еще более отточенным, опасным.

— Малфой, ты переходишь границы, — пробормотала она, пытаясь отступить, но за спиной у нее оказался стол.

Драко усмехнулся, медленно наклоняясь. Его глаза гипнотизировали.

— Границы? Для меня нет границ, когда речь идет о том, что я хочу. А я хочу тебя, Гермиона. Всегда хотел. И сейчас, спустя пять лет, это желание только окрепло.

Гермиона почувствовала, как кровь прилила к лицу. Возмущение боролось с непонятным трепетом.

— Это абсурд! У меня есть Рон! Мы встречаемся, у нас... у нас все серьезно!

Упоминание имени Уизли словно подействовало на Малфоя как красная тряпка. Его лицо мгновенно стало жестким.

— Уизли? Этот рыжий недоразумение? Ты действительно думаешь, что он может дать тебе то, что нужно? — В его голосе прозвучало неприкрытое презрение. — Он не ровня тебе, Гермиона. Ты заслуживаешь большего. Гораздо большего.

— Не смей так говорить о Роне! — Она подняла подбородок, пытаясь выглядеть уверенно. — Он добрый, верный, и он любит меня!

Драко выпрямился, его взгляд стал ледяным.

— А я тебе говорю, что я тебя люблю, Гермиона. Любовь Уизли — это уютно. Моя любовь — это мир на блюдечке. Тысячи возможностей, о которых ты даже не мечтала. Моя любовь — это власть. И ты будешь править рядом со мной.

Да он с ума сошел! Гермиона отчаянно пыталась придумать, как закончить этот нелепый разговор.

— Ты бредишь, Малфой, — прошептала она. — Это невозможно. Я не люблю тебя. И никогда не полюблю!

В последний момент, прежде чем она закончила фразу, он вновь наклонился, его дыхание опалило ее щеку.

— Ты так думаешь? — В его голосе была опасная низкая нотка. — Мы это еще посмотрим. Я не привык отступать, Грейнджер. И я никогда не упускаю того, что считаю своим. Это лишь вопрос времени. Сегодня я просто пришел напомнить тебе об этом.

Он отстранился, его взгляд задержался на ее глазах, словно он пытался прочитать в них что-то. Затем, не сказав больше ни слова, Драко Малфой развернулся и вышел из кабинета, оставив Гермиону одну, дрожащую от смеси гнева, страха и какого-то дикого, необъяснимого предвкушения.

Гермиона стояла посреди кабинета, тяжело дыша. Слова Малфоя эхом отдавались в голове. Моя любовь — это мир на блюдечке. Тысячи возможностей. Власть. Это было безумие. Абсолютное, чистое безумие. Он всегда был самонадеянным, но эта наглость превосходила все разумные пределы.

Внезапно раздался звонок ее кабинетного телефона. Гермиона вздрогнула и взяла трубку.

— Грейнджер, — отрывисто произнесла она.

— Гермиона? Дорогая, это Рон. Ты еще не закончила? Я уже у главного входа.

Голос Рона был таким родным, таким земным, что он, казалось, развеял остатки безумной ауры Малфоя. Гермиона прикрыла глаза, пытаясь успокоиться.

— Да, Рон, почти. Дай мне пять минут, я спускаюсь.

— Отлично! Заказал столик в том итальянском месте, что ты любишь.

— Замечательно, — Гермиона постаралась, чтобы ее голос звучал непринужденно, но ее сердце все еще колотилось.

Она положила трубку, пытаясь собраться. На ее столе лежала папка с отчетами о состоянии гиппогрифов. Какая-то невероятно скучная рутина, которая раньше давала утешение в своей предсказуемости. Теперь даже это казалось несерьезным.

Она вышла из кабинета, заперев дверь магическим замком. Коридоры Министерства были почти пусты. Спускаясь на лифте, Гермиона все прокручивала в голове слова Драко. «Я всегда получаю свое.» «Я никогда не упускаю того, что считаю своим.»

Когда двери лифта открылись на первом этаже, она увидела Рона. Он стоял, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, с букетиком полевых цветов в руке. Его веснушчатое лицо расплылось в улыбке при ее виде.

— Гермиона! Я уж думал, ты там уснула над своими свитками.

Она улыбнулась ему, стараясь скрыть свое беспокойство.

— Просто завал, Рон. Сегодня был странный день.

Рон обнял ее, крепко прижимая к себе. Его объятия были теплыми и утешительными.

— Ничего, сейчас поедим пасту и забудешь обо всем.

Когда они вышли из Министерства в сумеречный Лондон, Гермиона оглянулась назад на огромное здание. Где-то там, высоко на этажах, Драко Малфой, возможно, уже планировал свой следующий шаг. И, к своему ужасу, Гермиона понимала, что он не шутил. Он действительно собирался получить свое. И что бы она ни делала, ей казалось, она бессильна перед его напором. Как же я справлюсь с этим?